(С) А.М.Покровский. Дерево.

- Дерево тянется к дереву...

- Деревянность спасает от многого... Эти фразы были брошены в кают-компании второго отсека в самой середине той небольшой истории, которую мы хотим вам рассказать.

Итак... В шестом отсеке, приткнувшись за каким-то железным ящиком, новый заместитель командира по политической части следил за вахтенным. Новый заместитель комаидира лишь недавно прибыл на борт, а уже следил за вахтенным.

Человек следит за человеком по многим причинам. Одна из причин: проверять отношение наблюдаемого к несению ходовой вахты. Для этого и приходится прятаться. Иначе не проверишь. А тут как в кино: дикий охотник с поймы Амазонки.

Из-за ящика хрипло дышало луком; повозившись, оттуда далеко выглядывал соколиный замовский глаз и клок волос.

Лодка куда-то неторопливо перемещалась, и вахтенный реакторного отсека видел, что его наблюдают. Он давно заметил зама в ветвях и теперь вел себя, как кинозвезда перед камерой: позировал во все стороны света, втыкал свой взгляд в приборы, доставал то то, то это и удивлял пульт главной энергетической установки обилием и разнообразием докладов.

- Он что, там с ума сошел, что ли?

- Пульт, шестьдесят пятый...

- Есть...

- Прошу разрешения осмотреть механизмы реакторного отсека.

- Ну вот опять... - вахтенный пульта повертел у виска, но разрешил. - Осмотреть все механизмы реакторного отсека.

- Есть, осмотреть все механизмы реакторного отсека, - отрепетовал команду вахтенный.

- Даже репетует, - пожалуй плечами на пульте. - И это Попов. Удивительно. Он, наверное, перегрелся. С каждым днем плаванья растет общая долбанутость нашего любимого личного состава. Сказывается его усталость.

Вахтенный тем временем вернул "банан" переговорного устройства на место, как артист. Потом он вытащил откуда-то две аварийные доски и, засунув это дерево себе в штаны, кое-как заседлал себя им спереди и сзади, отчего стало казаться, что он сидит в ящике.

Засеменив, как японская гейша, он двинулся в реакторный отсек, непрерывно придерживая и поправляя сползающую деревянную сбрую.

Ровно через десять минут его мучения были вознаграждены по-царски: у переборки реакторного его дожидался горящий от любопытства зам.

- Реакторный осмотрен, замечаний нет, - оказал ваму вахтенный.

- Хорошо, хорошо... а вот это зачем? - ткнул зам в доски, выглядывавшие из штанов вахтенного.

- Нейтроны там летают. Попадаются даже нейтрино. Дерево - лучший замедлитель. Так и спасаемся

.- Дааа... и другой защиты нет?

- Нет, - наглости вахтенного не было предела.

- И мне бы тоже... - помялся зам, - нужно проверить несение вахты в корме.

Дело в том, что за неделю плавания зам пока что никак не мог добраться до кормы, а тут ему представлялась такая великолепная возможность.

Через минуту зам был одет в дерево и зашнурован. А когда он свежекастрированным чудовищем исчез за переборкой, восхищенный вахтенный весело бросился к "каштану".

- Восьмой!

- Есть, восьмой...

- Деревянный к тебе пополз... по полной схеме...

- Есть...

Медленно, толчками ползущего по восьмому отсеку деревянного зама встретил такой же медленно ползущий деревянный вахтенный:

- В восьмом замечаний нет!

На следующий день мимо зама все пытались быстро проскользнуть, чтоб вдоволь нарадоваться подольше

Каждый день его теперь ждали аварийные доски, и каждый день вахтенные кормы прикрывали свой срам аварийно-спасательным имуществом. Его ежедневные одевания демонстрировались притаившимся за умеренную плату. Через неделю доски кончились.

- Как это кончились?! - зам строго глянул в бесстыжие глаза вахтенного.

- Ааа... вот эта... - рот вахтенного, видимо, хотел что-то сказать, а вот мозг еще не сообразил. Глаза его, от такого неожиданного затмения, наполнились невольными слезами, наконец он всхлипнул, махнул рукой и выдавил:

- Ук-рали...

- Безобразие! И это при непрерывно стоящей вахте!

Возмутительно! Какая безответственность! Просто вопиющая безответственность! Как же я осмотрю корму?..

Зам, помявшись, двинулся назад. В тот день он не осматривал корму. Вечером на докладе от него все чего-то ждали

Всем, кроме командира, было известно, что у зама кончились доски.

- Александр Николаич, - сказал командир заму в конце доклада, - у вас есть что-нибудь? И зам встал. У него было что сказать.

- Товарищи! - сказал зам. - Я сегодня наблюдал вопиющую безответственность! Причем все делается при непрерывно несущейся вахте. И все проходят мимо. Товарищи! В корме пропали все доски. Личный состав в настоящее время несет вахту без досок, ничем не защищенный. Я сегодня пытался проверить несение вахты в корме и так и не сумел это сделать...

- Погоди, - опешил командир (как всякий командир, он все узнавал последним), - какие доски?

И зам объяснил. Кают-компания взорвалась: сил терпеть все это не было. На столах так рыдали, что, казалось, они все сейчас умрут от разрыва сердца: некоторые так открывали-закрывали рты, словно хотели зажевать на столах все свои бумажки.

Источник: rasstrel.ru